Все новости, Общество

Шанс для «бомжика»: как на Лысой горе спасают потерянных людей

Чувствую, что не справляюсь, признается сестра Иоанна, одна из монахинь Свято-Елисаветинского монастыря. Свое послушание она несет на Лысой горе — монастырском подворье в 30 километрах от Минска. Сюда приходят мужчины, которые оказались в непростой ситуации, бездомные, пьющие, в общем, потерявшиеся по жизни люди.

Сейчас на Лысой горе таких более 200 человек. И всего около пяти сестер, которые следят за порядком на подворье. Правил немного — чтобы ходили в церковь и трудились. Под запретом алкоголь, наркотики и сквернословие. Для братьев, которых принимает подворье, смириться с этими, казалось бы, простыми запретами — непростая задача.

© Sputnik / Виктор Толочко
Многие приходят на подворье и снова уходят, потом опять возвращаются — их всегда снова принимают

«Пытаюсь делать то, на что благословляет Господь. Но вижу — не справляюсь. Сама и слабая, и болею. И раздражаюсь, бывает, и терпения нет. Особенно трудно, когда говоришь человеку, как и что нужно делать, и ведь нет в тебе никакого зла или намерения унизить, а они это воспринимают так. Это так больно…» признается сестра Иоанна.

«Сестры справляются, поверьте», — присоединяется к разговору Максим, один из постояльцев подворья, или брат, как тут принято говорить. Максиму 33, около14 лет из них он провел в тюрьме.

Старожилы

Валерий — один из старожилов, живет на Лысой горе около 13 лет. Помнит, как все начиналось — старый деревянный дом, без каких-либо удобств, даже без воды. Их тогда было человек 25-30.

© Sputnik / Виктор Толочко
Старожил приюта Валерий трудится библиотекарем: читать берут на треть духовную литературу, на треть — классику и на треть — приключения и фантастику

«Легче, конечно, сейчас, хотя иногда кажется, что было легче в начале. Было меньше людей, жили более дружно. Конечно, в бытовом отношении было немного хуже: и помыться было сложно, и рукомойника не было — из кружки поливались. Все было суровее, но проще. Как у студентов в стройотряде: вроде и удобств нет, а ощущение… Хотя работали тогда больше, людей было меньше. Все на виду», — рассказывает Валерий.

В прошлой жизни он был инженером. Когда все развалилось, попробовал себя в коммерции — не получилось, начал пить… В итоге оказался на Лысой горе. Работал в теплицах, на ферме, в свечной мастерской и трапезной… Теперь вот в библиотеке.

Старожилов на Лысой горе немного. Валерий да еще один брат, работает трактористом. Еще пару человек уходят и приходят. Из всех нынешних постояльцев чуть более трети — это те, кто осознанно стремится выкарабкаться. Остальные просто приходят пересидеть, чаще всего перезимовать. Если зимой на подворье собирается больше 200 братьев, то летом остается около 100.

© Sputnik / Виктор Толочко
Основное послушание в приюте — труд, каждому по способностям

Они приходят, уходят, потом снова приходят. И им снова дают шанс.

«Важно дать этот шанс. Человек, может, уже ждет, что от него откажутся, а ему не отказывают. И его это цепляет. И он начинает карабкаться. Да, есть человеческие, бытовые моменты, есть душевные, а есть духовные. Здесь во главе стоит духовный аспект — нельзя отказать. Это основное. А иначе чем мы тогда будем отличаться от других организаций?» — рассуждает сестра Иоанна.

Ясли

За те 13 лет, что брат Валерий живет на Лысой горе, подворье существенно изменилось. Появились фундаментальные корпуса, трапезная, храм, отдельно стоящие мастерские.

Братья живут в кельях, те, кому доверяют — в комнатах на 2-3 человека. Новичков селят в большие кельи, где могут разместиться и 12 человек.

© Sputnik / Виктор Толочко
Отсидеться на подворье не получится — шесть дней в неделю здесь все несут послушание, иными словами — работают

«Чтобы присматривали друг за другом,  не допускали искушения. Потому что если маленькое количество людей, больше будет возможности уединиться, где-то употребить. Это дисциплинирует. А потом, если старшая сестра видит, что человек самостоятельный, есть стремление поменять свою жизнь, тогда она предоставляет возможность, чтобы мы создавали для себя какие-то условия уюта», — рассказывает Максим.

© Sputnik / Виктор Толочко
Сестра Иоанна несет послушание на Лысой горе — помогает потерянным людям и брошенным животным

Новичков определяют в так называемые ясли. Их собирают на отдельные молитвы. За ними закреплен старший брат, который с ними общается, ежедневно определяет для них послушание.

«Если выдерживает человек, то ему дают послушание, где он может и какую-то копеечку получать, поощрение. Это не зарплата, это именно поощрение. Чтобы чай могли купить, сигареты. Они же курят. А так — где ты купишь? Ну и стимул чтобы был», — поясняет сестра Иоанна.

Самые сложные братья — убежденные бездомные, иными словами — бомжи, и те, кто страдает от наркозависимости.

© Sputnik / Виктор Толочко
В столярных мастерских фрагменты для икон покрывают лаком

«Наркотики — это такая беда. Там с головой и душой такое происходит… Они и на деревья прыгают — сидят, как птицы. Был парень молодой, в храме прислуживал. Ребенок. А из-за наркотиков — беснование. Начинает в храме говорить каким-то ненормальным голосом, кидает его, может удариться головой о пол. И убиться. Это так страшно… А бомжики просто привыкли к такой жизни. И вот у них все есть — теплая кровать, еда, труд… А он все равно хочет бродяжничать и все», — признается сестра Иоанна.

Отсидеться на подворье действительно не получится. И обитатели яслей, и старожилы шесть дней в неделю несут послушания, иными словами — работают. Помимо многочисленных мастерских — столярной, слесарной, свечной, есть еще ферма, молочное производство, теплицы.

Каждый день после подъема братьев ждут молитва, завтрак и послушание. Затем обед и до вечерней молитвы снова на работу. В субботу трудятся полдня. В воскресенье выходной. Отлучаться можно с благословления сестер. Но насильно здесь никого не держат, подчеркивают на подворье.

© Sputnik / Виктор Толочко
Максим несет послушание в столярных мастерских и создает из дерева настоящие шедевры

Истории

Максим — тот самый отсидевший около 14 лет из своих 33 — на Лысой горе уже год, хотя ехал на месяц. Его попросил друг — помочь монастырским сделать церковную мебель.

«У меня 13 с половиной лет отсижено. С 14 лет сижу. Считай, всю сознательную жизнь. У меня не было никакой нарко- или алкогольной зависимости, просто пустота внутри… И вроде есть жилье, и деньги были, но пустота внутри», — рассказывает Максим.

Здесь ощущение пустоты пропало. Он по-прежнему несет послушание в столярных мастерских и мечтает жениться.

«Я не исключаю семью, стремлюсь к этому. При этом хочу остаться трудиться в монастыре», — признается Максим.

Сестра Иоанна признается, что в мирскую жизнь Максима отпустила бы. Говорит, что просит Бога о хорошем верующем человеке для него. А вот брату Алексею, по ее ощущениям, мирская жизнь противопоказана. Он там погибнет, сопьется.

© Sputnik / Виктор Толочко
На станке лазерной резки дерева делают самые разные вещи — от икон до игрушек

Алексей — тоже молодой парень, актер по образованию, приехал из Московской области по настоянию местного батюшки. Ехал подлечиться от алкоголизма. Договаривались, что на три месяца. В итоге живет уже два года. В первое время хотел удрать. Сейчас, говорит, нет.

«У меня нет стоп-крана. Знаете, как будет — поехал, опоздал, на автобус, на поезд не успел, а вот в магазин всегда успею», — смеется Алексей.

Кто бы его здесь держал, если бы была толковая жена и толковый Леша, подхватывает сестра Иоанна.

«Некоторые люди просто не могут. Кому-то Господь дает здесь укрепиться, и он живет в миру. Вот есть другой Алексей из России, строитель, приезжает к нам, так вот он женился, и жена у него хорошая. А у Алексея сил не будет. Мы советовались с монахиней Марфой, старшей сестрой подворья, она его никуда не пускает. Ведь под забором закончит свою жизнь, если честно. Зачем это все…», — рассуждает послушница.

© Sputnik / Виктор Толочко
Актер Алексей приехал в приют из Московской области, по настоянию местного батюшки, а пса Малыша приютила сестра Иоанна

Судя по всему, на подворье останется и Игорь из Бреста. Он тоже ехал перезимовать. В прошлой жизни заведовал производством в столовой, а сейчас присматривает за козами.

© Sputnik / Виктор Толочко
Игорь из Бреста на подворье приехал только перезимовать, но по всей видимости, останется здесь надолго

«Если бы мне кто-нибудь год назад сказал, что я буду работать на ферме в животноводстве — такой почетный животновод — я бы, конечно, рассмеялся. Я же коз видел только по телевизору. А тут окот, отел. Для меня это было откровение», — рассказывает Игорь.

Он тоже бежал от алкоголя, пустоты и одиночества. Здесь впервые осознанно вошел в церковь, первый раз сходил на исповедь. А сейчас, признается, пришел к тому, чтобы начать читать Евангелие. На вопросы о планах отвечает: буду жить и работать.

© Sputnik / Виктор Толочко
Сестра Иоанна со своим защитником — одноглазым котом Кутузовым

Миссия

Помимо братьев, на Лысой горе живут еще около 30 собак и 40 котов. Все они тоже с непростыми судьбами. Брошенные, оставленные, порой покалеченные.

К примеру, у кота Кутузова нет глаза. Его, собственно, потому так и прозвали. Хотя могли и за характер. Он тоже герой — бросился защищать сестру Иоанну, когда один из братьев повысил на нее голос.

© Sputnik / Виктор Толочко
Приют на Лысой горе 13 лет назад начинался с простого дома без удобств, а сейчас здесь зимует около 200 человек

Но, несмотря на все трудности и, возможно, недостаточно высокий процент братьев, которые возвращаются к нормальной жизни, сестра Иоанна настаивает: в их послушании есть смысл.

«Если хоть один человек, здесь находящийся, спасся, обрел Бога, либо кто-то социализировался, создал семью, трудится, понимает истинный смысл жизни — ради ближнего, ради Бога — это уже имеет смысл», — объясняет сестра Иоанна.

В любом случае в воскресенье все разногласия наверняка уйдут на второй план. Грядет Пасха. Праздничный стол, общение и служба в монастыре. Праздник все-таки и надежда на спасение.

Источник Sputnik.by

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *